Макс стоял перед панорамным окном от пола до потолка, за которым простирался зал его казино. Ритмичное мерцание игровых автоматов и мягкие отблески теплого света на хрустальных люстрах всегда действовали на него умиротворяюще, погружая в глубокие размышления. Позади него расплывался за таким же окном Монте-Карло, превращаясь в приглушенное переплетение светлых каменных тонов и теней.
Стекло вдруг взорвалось, осыпав комнату градом сверкающих осколков.
В комнату влетела темная фигура. Макс рухнул на пол, отползая в отчаянной попытке скрыться от незваного гостя, но замер у стола: бежать было некуда.
В лунном сиянии, льющемся сквозь разбитое окно, он различал лишь смутные очертания человека, нависшего над ним. Впрочем, этого хватило, чтобы узнать нападавшую. Высокая и широкоплечая, она нарочно расставила ноги шире, чтобы казаться еще внушительнее. Дикая грива вьющихся локонов хлестала на ветру. Она протянула мускулистую руку за плечо и отточенным движением выхватила огромный меч, направив острие прямо в лицо Максимильена.
Вендетта.
На ее лице не было ни ярости, ни колебаний. Только решимость.
— Что ж, — произнес Макс, с трудом восстанавливая самообладание, — похоже, я впустую потратил деньги на новые системы защиты
Вендетта лишь сильнее стиснула рукоять меча.
Если он хотел выжить, медлить было нельзя.
— Вижу, времени зря ты не теряла. Ты уже нанесла визит двум моим коллегам из совета «Когтя»… а теперь очередь дошла до меня.
— Скажи-ка, Макс: дрогнул ли Кулак Смерти, когда я их убила? Или он просто подыскал новых пешек — как когда-то моего отца?
Макс изо всех сил старался сохранить спокойствие и хоть тень достоинства, хотя лежал, скорчившись, на полу.
— Я не стану притворяться, будто знаю, о чем думает Аканде. Или что им движет.
— Не строй из себя невинную овечку. Ты был там, когда делили богатства. Так же как и тогда, когда меня вышвырнули на улицу. Да, я вырезаю совет «Когтя», чтобы передать Кулаку Смерти послание. Но с тобой, Макс… у меня личные счеты.
Он ждал удобного момента, чтобы начать торг за свою жизнь, — но такого момента, похоже, не предвиделось. Мольбы или деньги лишь ускорили бы конец. Нужно было предложить нечто, чего она жаждала сильнее, чем его смерти: путь к Кулаку Смерти.
— Не позволяй этому костюму ввести тебя в заблуждение. Мне и самому приходилось быть в твоем положении… после Восстания остался ни с чем, — начал он. — Я помню, каково это — молча вкалывать, пока жестокие и недостойные восседают во дворцах, возведенных на чужом горбу и слепой удаче. — Он медленно повернул голову, встречаясь с ней взглядом. — И я помню миг, когда наконец отомстил… хотя «миг» здесь — не самое подходящее слово.
Энергия на клинке Вендетты замерцала — и Максимильен на мгновение задумался, не пора ли замолчать, но все же продолжил: