— Надеюсь, вы сделали ставку, — произнесла Вендетта, провожая гостью к их местам. — Было бы жаль любоваться столь бесподобным видом на сегодняшнюю гонку, ничем не рискуя в ее исходе.

— О да, — откликнулась женщина. — Я поставила на Клелию. Гораций, возможно, и не знает поражений, но и нельзя недооценивать пыл новичка.

Вскоре после встречи с Максимильеном Вендетта вышла на связь с корпорацией Vishkar. Поначалу все переговоры велись с Санджаем Корпалом — человеком столь заурядным, что она искренне сомневалась, приходилось ли ему в жизни бороться хоть за что-нибудь, кроме очередного повышения по службе. Однако, когда настало время личной встречи, она настояла на замене: если Vishkar и впрямь рассчитывает на партнерство с Вендеттой, пусть пришлет того, кто действительно способен вести серьезный разговор.

Появление нового лица — человека, который, быть может, сумеет оценить значение Колизея и ту власть, что она черпала через него, — стало обнадеживающим знаком: Vishkar начал относиться к ней всерьез… пусть даже их новый представитель и позволил себе опоздать.

— Позвольте еще раз принести извинения за задержку. Водители нынче, сами понимаете… — она чуть усмехнулась. — Пожалуй, мне стоило бы нанять одного из ваших возниц внизу.

На мгновение единственным звуком остался грохот копыт, бьющих о землю, — заезд начался. Толпа ревела, провожая каждую колесницу, но Вендетта давно научилась отсекать этот гул, сливая его в безликий фон. Вместо этого она перевела внимание на свою спутницу, прикидывая, с кем имеет дело.

Вайра Сингхания — новый вице-президент по операциям и развитию корпорации Vishkar… и внучка ее покойного основателя. Статная, безупречно одетая, мисс Сингхания держалась с неподражаемой уверенностью — на ее фоне Санджай выглядел откровенно бесхребетным. Пару искусно сконструированных роботизированных рук, обрамлявших ее силуэт, озарял мягкий голубоватый свет, пока исполнительный директор плавно и почти невесомо опускалась в свое кресло.

Сложенные руки и безукоризненная осанка мисс Сингхании показались Вендетте до неприятного знакомыми: когда-то ее саму учили держаться именно так. Подобная кажущаяся непринужденной грация была обязательным требованием высшего общества.

— Не могу представить, чтобы женщина вашего положения мчалась по улицам в колеснице. Клелия — мой самый безжалостный боец, и управляет она так же, как дерется: грязно.

— О, мне прекрасно известны ее способности. Но такие женщины, как мы… — Вайра едва заметно улыбнулась. — Так сказать, не стесняются нарушить существующие правила, чтобы установить вместо них свои. Вы согласны?

— Вполне, мисс Сингхания.

— Прошу, зовите меня Вайра.

Вендетта приподняла бровь, удивленная столь внезапной фамильярностью, но промолчала.

— Хорошо, Вайра, — отозвалась она, обнажив улыбку. — Санджай посвятил вас в суть наших переговоров?

— Посвятил, хотя описывал их скорее не как переговоры, а как… «деликатные беседы о ценности вашего сотрудничества».

Вендетта провела языком по краю зубов:

— Его предложение было оскорбительным. Годами мне приходилось бороться с пренебрежением со стороны окружающих — тех, кто не желал видеть моей истинной цены. Я поднялась на вершину не для того, чтобы довольствоваться объедками.

Вайра поднесла к лицу ухоженную руку — возможно, скрывая улыбку. Ногти, сотканные из жесткого света, вспыхнули и погасли при движении.